Как страны используют «защита прав» для ограничения свободы слова в интернете

  1. История «Невинности мусульман»
  2. Замолчи - или умри
  3. «Большой Брат следит за тобой»
  4. «Розы и паровозы» по-мусульмански

Интернет дал всем гражданам равные возможности для выражения своей точки зрения. Однако в Сети, как и в реальности, свобода одного индивидуума заканчивается там, где начинается свобода другого. О том, как граждане по всему миру пользуются возможностями современных технологий и почему свобода слова в интернете иногда заканчивается трагедиями и убийствами, говорится в исследовании The Economist, перевод которого - перед вами.

почему свобода слова в интернете иногда заканчивается трагедиями

История «Невинности мусульман»

В июле 2012 года Сэм Басиль (Sam Bacile) опубликовал в YouTube фрагменты из сатирического фильма о жизни пророка Мухаммеда. Художественная полнометражная лента, созданная в США и для американского рынка, могла бы остаться незамеченной, если бы пользователи не продублировали отрывки на арабском языке. Произошло это в сентябре того же года. Египетское исламистское телевидения Al-Nas показало в эфире краткий обзор кинематографа «неверных» - и месть от религиозных экстремистов стала лишь вопросом времени. Мусульмане в разных странах выражали возмущение и прибегали при этом к самым радикальным средств. Массовые протесты происходили в Афганистане, Австралии, Великобритании, Индии и Франции. В странах Ближнего Востока фиксировали регулярные нападения на консульство и представительства США, а в Ливии даже убили американского посла. Всего во время этих акций и столкновений погибли около 50 человек только в течение одного месяца.

Если предположить, что Басиль спродюсировал бы и выпустил «Невинность мусульман» в начале 1990-х, арабский мир, скорее всего, никогда бы ни узнал об этом пародийный фильм - и многих смертей можно было бы избежать. Кстати, эта полнометражная лента реальным артефактом - до сих пор вопрос, потому двухчасовую версию, якобы существует, никогда не демонстрировали публично. Однако современные технологии буквально вручили каждому из интернет-пользователей громкоговорителя, в который можно говорить буквально все что угодно, лишь на словах очертив недопустимости распространения тех или иных текстов.

Для различных сообществ предел адекватного контента различна. Доступность видео- и аудиозаписи внезапно вывела на первый план межнациональных отношений совсем неожиданных персонажей. Показательна история простого священника с Флориды Терри Джонса (Terry Jones). Он горячо поддерживал фильм «Невинность мусульман» в 2012 году, даже имея в планах публичное сожжение Корана с последующим обнародованием видеозаписи этого действа в интернете. Вспышка мусульманской агрессии привел к тому, что с Джонсом из провинциального прихода вышел на связь лично Председатель Объединенного комитета начальников штабов США Мартин Демпси (Martin E. Dempsey) и попросил священника не публиковать в общем доступе подобный ролик.

ИТ-компаниям приходится создавать собственные стандарты цензуры и пределы допустимого, чтобы избежать обвинений в необъективности. «Отцы» современного интернета Facebook и Twitter провозглашают нейтралитет и запрещают только язык ненависти и неприличный контент. YouTube также не допускает распространения такого медиапродукта, однако в случае с отрывками «Невинности мусульман» правила сервиса не были нарушены: администрация видеохостинга решила, что лента освещает в отрицательной тональности религию как совокупность определенных идей, но не ее последователей. Поэтому этот контент не может считаться содержит язык ненависти к верующим, поэтому в американском сегменте интернета видеоролики остались в общем доступе. Однако в корпорацию Google, владельца YouTube, поступил 21 запрос об удалении материалов от стран, в которых свобода слова урегулирована на высшем уровне. Там, где «Невинность мусульман» не была удалена администрацией YouTube, правительства стран заблокировали вообще доступ к видеохостингу.

Замолчи - или умри

На линию огня в борьбе за свободу слова оказались не только кинематографисты, но и представители СМИ. К тому же, если раньше споры за право распространять информацию шли между медийщиками и властью, теперь главные борцы - частные компании и отдельные личности, которым не нравится тот или иной материал. Яркий пример - это ситуация в Мексике вокруг освещения деятельности наркокартелей. За прошедшие 5 лет только в штате Велакрус от рук наемников погибли по меньшей мере 17 журналистов, которые вели расследование наркотрафика.

Радикальные исламисты берут на себя роль мстителей по всех тех, кто решился обидеть главную фигуру в одной из самых популярных религий мира (или как только им показалось, что Пророка обидели). И даже в регионах с меньшинством мусульман среди населения нашлись те, кто считает себя солдатами в противостоянии двух религиозных миров. Таких людей немного, но и этого скудного процента достаточно, чтобы создать образ мусульман как агрессивных религиозных фанатиков (которыми большинство из них на самом деле не является).

Таких людей немного, но и этого скудного процента достаточно, чтобы создать образ мусульман как агрессивных религиозных фанатиков (которыми большинство из них на самом деле не является)

Мирового уровня эта борьба достигла даже раньше, чем распространился свободный интернет. За 10 лет после начала Исламской революции 1979 года в Иране ее лидер Хомейни призвал всех преданных мусульман выполнить смертный приговор, к которому аятолла осудил британского публициста Салмана Рушди. Вина последнего перед мусульманским миром заключалась в написании романа «Сатанинские стихи», который якобы оскорбляет ислам. Рушди долгое время скрывался, спасшись таким образом от религиозной мести, однако в 1991 году был убит японского переводчика, с которым сотрудничал автор. Убийцу не нашли, но большинство исследователей считают, что виновные в преступлении именно мусульмане. В 2004 году мусульманин Мохаммед буерах застрелил голландского кинорежиссера Теодора ван Гога, отомстив таким образом за съемки фильма «Покорность» о женщинах-мусульманок. А в 2015-м на весь мир прозвучали выстрелы в редакции французской сатирической газеты Charlie Hebdo. Такой стала возмездие радикально настроенных мусульман за карикатуры на пророка Мухаммеда и лидеров и деловые.

Несмотря на трагическую гибель сотрудников редакции, случай с французским СМИ вызвал много дискуссий относительно допустимости языка ненависти и проявлений надлежащей толерантности к различным мировоззрений в современной прессе. Многие ведущие медиа (среди которых - The New York Times, New Statesman) осуждали убийства как форму несогласия с точкой зрения определенных СМИ, одновременно негативно оценив и стиль и редакционные стандарты Charlie Hebdo.

В конце концов запугивания от исламских экстремистов привели к тому, что мало кто решается говорить об исламе в несерьезном контексте. Например, мюзикл «The Book of Mormon», в котором сатирически изображена церковь мормонов - это международный хит: его ставят во многих театрах мира. Но вряд ли найдется режиссер, который рискнет поставить аналогичную представление с шутками в отношении ислама. Пока одни пользователи реализуют свободу слова в интернете, другие требуют закрепления права на отсутствие образ в Сети. А это означает предоставление права влиять на свободу слова других.

«С развитием интернета обижаться на чужие высказывания стало очень просто. И, к сожалению, очень модно », - констатирует Флемминг Роуз (Flemming Rose), журналист и бывший редактор датской газеты Jyllands-Posten. Он хорошо знает, чего стоит свобода слова, пусть и оскорбительное для кого-то. 2005 года его газета опубликовала карикатуры на пророка Мухаммеда. Это вызвало волну мусульманских протестов по всей Дании и в исламских странах из-за высказанную неуважение к религии. Всего в акциях за эту публикацию погибло около 200 человек. Обиженные категории населения обращаются к власти, чтобы она наказала тех, кто злоупотребляет свободой высказываний, а государственные институты рады помочь - ведь под лозунгом борьбы с языком ненависти правительства «зачищают» несогласных и диссидентов.

Речь не идет о том, что свобода слова в интернете оказалась под угрозой исчезновения. Однако за прошедшие несколько лет появилось очень много запретов и предупреждений по обсуждению определенных тем. От этого стало не просто свободно высказываться. Freedom House, американская исследовательская организация, ежегодно определяет индекс свободы слова. Как свидетельствуют их данные, в 2015 году свобода слова упала до самого низкого уровня за прошедшие 12 лет. Эксперты считают, что причиной этого стал контроль онлайн-пространства и государственными органами, и преступниками, которые не хотят допустить огласки. А еще есть потенциальные террористы, мониторят медиа, отыскивая поводы для обид. В 2015 году только 31% населения проживал в странах со свободой слова, тогда как в 2005 году этот показатель был равен 38%. Зато процент граждан, пользующихся частично ограниченной свободой высказываний, вырос с 28% до 36% за тот же период времени. По данным организации «Репортеры без границ», глобальный индекс свободы прессы снизился на 14% с 2013 года.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

«Большой Брат следит за тобой»

Среди прогрессивных стран наихудшая ситуация со свободой слова сложилась в Китайской Народной Республике. Пресса никогда не чувствовала особенно свободной в этой стране, и развитие интернета не добавил свободы высказыванием. Знаменитый «Великий китайский фаервол», блокировки сервисов Google, введение персональной ответственности редакторов сайтов за содержание онлайн-страницы - вот что такое «свобода слова по-пекински». По информации международного Комитета защиты журналистов, по состоянию на декабрь 2015 года в китайских тюрьмах отбывали заключение 49 журналистов, арестованы именно за свою публичную деятельность в СМИ.

Главным цензором в КНР выступает само государство: она позволяет распространять только ту информацию, которая соответствует интересам действующей власти. Притеснения испытывают на себе не только отдельные работники СМИ, но и крупные финансовые корпорации. Последние, в частности, были вынуждены распространять оптимистичные экономические прогнозы развития Китая, в то время как настоящая ситуация в экономике страны не столь радужная, как хотелось бы правящей партии. Экономический спад является следствием еще и ограничения доступа китайских компаний к новейшим разработкам в области технологий с других стран.

В мусульманском мире свободу слова подавляют одинаково активно как государственные, так и частные исполнители. Охотно реализуют месть за оскорбление верующих такие страны, как Бангладеш, Ирак, Нигерия, Сомали и Сирия. В некоторых арабских странах наблюдалось улучшение ситуации со свободой слова во время «Арабской весны». Впоследствии новая «демократическая» власть ввела едва ли не хуже ограничения гражданских прав, чем те, которые действовали ранее. Например, в Египте после многообещающих событий 2011 года онлайн-деятельность граждан попала под жесткий государственный контроль. Высказывание неуважения к государственным деятелям в Facebook и Twitter может закончиться трехлетним заключением. Так произошло с Амром Ноханом (Amr Nohan), который опубликовал фото египетского лидера Абдель Фаттаха Ас-Сиси с ушами Микки-Мауса. Чтобы запустить собственный сайт, надо получить специальное разрешение от властей Египта - так в юридической плоскости ведения сайта приравняли к вождения автомобилем.

После ряда трагических событий в странах Европы (которая в целом не привыкла к активным боевым действиям на улицах своих современных городов) антитеррористическое законодательство начало применяться значительно активнее. Даже в лояльных странах власть предпочитает перестраховаться и не допустить появления в эфире или интернете контента, который потенциально может вызвать гнев экстремистов. Любые высказывания о болезненных для террористов темы (та же фигура пророка Мухаммеда) в развлекательном контексте могут быть наказаны государственными цензорами. Так, в феврале 2016-го испанские правоохранители арестовали двух сотрудников мадридского телешоу по обвинению в пропаганде терроризма. Поводом стал эпизод кукольного шоу, в котором кукла-полицейский зпалювала куклу ведьму, которая держала плакат в поддержку баскской сепаратистской группировки ETA.

В интернете легко выразить свое мнение, но так же просто ее можно отследить и наказать человека за нее. После большого количества атак за прошедшие пару лет во Франции криминализировали понятие «оправдание терроризма»: только после атаки на редакцию Charlie Hebdo было открыто 69 дел по обвинениям по этой статье. Многие страны также ужесточили законодательство в части преследования языка ненависти. Однако дать четкое юридическое определение этой «языка» практически невозможно, и большинство нормативных актов имеют очень расплывчатый описание состава преступления. Как результат, появляются «перегибы»: французскую актрису Бриджит Бардо 5 раз обвиняли в подстрекательстве к расовой ненависти за то, что она в качестве активной защитницы животных выражала возмущение халяльными ритуалами отношении животных.

В умелых руках неверное законодательство становится оружием против террористов, а против врагов действующего режима или отдельных, слишком любознательных представителей СМИ. Раздор в обществе облегчает управление массами, поэтому если за дело берутся политики, они способствуют не объединению граждан с различными мировоззрениями, а порождению новых взаимных обвинений. Особенно активизируются спекуляции на острых социальных вопросах накануне выборов, когда одним гражданам обещают «свободный интернет», а другим (в обмен на голоса избирателей) - право вводить цензуру в СМИ (или просто заявляют о строительстве большого забора между «большой» страной и остальным миром).

Необязательно менять законы, чтобы заставить замолчать оппозиционное СМИ или наглого журналиста - иногда достаточно хорошо изучить действующие нормы права. Вы удивитесь, но во многих ведущих странах мира до сих пор действует наказание за богохульство; среди них - 14 стран Европы. Именно за это преступление весной 2016-го испанский политики на левых взглядов Рита Маэстре (Rita Maestre) была приговорена к уплате штрафа: акция протеста в католическом соборе стоила ей $ 4812.

«Розы и паровозы» по-мусульмански

«Вам нравятся розы?

А я на них с ..

Стране нужны паровозы,

ей нужен металл »

(В. Маяковский)

Подобно тому, как тонкие чувства лириков грубо оскорблял пламенный поэт большевистской революции, чувство верных ислама тоже достаточно легко всколыхнуть. Исламские правительства Пакистана и Саудовской Аравии настаивают на включении уголовного наказания за антиисламское богохульство с международным законодательством. Они называют это составляющей борьбы стран Запада против языка ненависти. Свобода слова не нужна, если она угрожает официальной религии страны. С ними соглашаются некоторые европейские чиновники: в той же Дании 2016-го фактически восстановили действие закона о наказании за богохульство, наказав человека за сожжение Корана (эта норма права не реализовывалась в стране с 1946 года).

Впрочем, не только богохульники становятся «новыми старыми» преступниками в наши дни. Законодательство Евросоюза имеет еще несколько статей с расплывчатыми формулировками. 9 стран наказывают за оскорбление «чести государства»; надругательство над государственным флагом является преступлением в 16 странах ЕС, а оскорбления в адрес правительства - в 13-ти. Клевета законодательно утвержденным преступлением в 23 странах Европейского Союза. Большинство стран предусматривают суровое наказание за оскорбление представителей государственной власти, чем за противоправные действия в отношении рядовых граждан. Хотя некоторые из нормативных актов редко применяются и впоследствии отменяются; так произошло во Франции закону о специальном наказание за преступление против главы государства, отменили 2013 после инцидента с арестом протестующего, что вывесил оскорбительный баннер против Николя Саркози. Между тем в Германии комик Йен Бьомерманн (Jan Böhmermann) ждет приговора суда за оскорбление иностранного лидера - таким стал результат его поэмы с высмеиванием Реджепа Тайипа Эрдогана, главы Турции. Ведь такая ответственность - за оскорбление лидеров иностранных государств - действует во многих странах Европы: теоретически, в Исландии за это можно попасть в тюрьму на целых 6 лет.

«Мы постоянно боремся с такими отдельными законодательными оговорками в странах, где свобода слова не столь открыта», - замечает Скотт Гриффен (Scott Griffen) с International Press Institute. Автократические режимы быстро заимствуют отговорки западных стран для наступления на свободу слова. Китай и Россия обвиняют диссидентов в «пропаганде терроризма», «угрозе национальной безопасности» или «разжигании межэтнической розни». Под статью могут подпадать даже публичные симпатии по коренного населения Тибета - именно так 19 месяцев тюрьмы получил китайский юрист Пу Жиканг (Pu Zhiqiang). Правительство Руанды заимствовал практику уголовной ответственности с европейских законов об отрицании Холокоста - и теперь наказывает оппонентов как тех, кто отрицает резню 1994 года. Европейцам может быть смешно, но в Таиланде недавно осудили человека за сарказм относительно собаки короля. Трудно удержаться от обвинений в лицемерии в сторону жителей стран ЕС после того, как узнаешь, что в 13 демократических странах до сих пор является уголовная ответственность за оскорбление главы государства.

Была бы цель - а способ «заткнуть глотку» тем, кто раздражает, в режима найдется. Хади Исмаилова (Khadija Ismayilova), азербайджанская журналистка, которая обнародовала скандальные подробности относительно состояния семьи государственного руководителя, получила по почте фотографии, на которых было изображено, как она занимается сексом со своим бойфрендом в 2012 году. Еще тогда в ее квартире было установлено секретную камеру. В письме также были угрозы, видео с «клубничкой» попадет в интернет, если она не прекратит расследовать коррупцию высокопоставленных лиц. Она отказалась прекратить свою работу, и видео обнародовали на сайте, который считается принадлежащим к ресурсам оппозиционной партии. Когда же и это не остановило Исмаилову, ее обвинили в уклонении от уплаты налогов и доведении коллеги к самоубийству. Ни одно из обвинений не было подтверждено доказательствами, но ее все равно приговорили к 7 годам тюрьмы. Лишь после международной судебной апелляции и кампании по публичной огласки этого дела с участием крупных стран даму Исмаилову выпустили из-за решетки 25 мая 2016-го. Даже тоталитарные режимы сквозь публичную медийную позор можно научить вести себя цивилизованно. Доменный регистратор №1 в Украине imena.ua

по материалам The Economist